Последнему узнику Собибора снилась детская обувь и крики гусей

Алексей Вайцен долгие годы скрывал, что был участником легендарного восстания в лагере смерти.
Поделиться:
Комментарии: comments2
Лишь в 80-е Алексей Вайцен рассказал родным, какой ужас пережил в Собиборе. Фото: из семейного архива.Лишь в 80-е Алексей Вайцен рассказал родным, какой ужас пережил в Собиборе. Фото: из семейного архива.
Изменить размер текста:

16 января Рязань простилась с Алексеем Вайценом. Он умер в возрасте 92 лет: воин-победитель, любящий и любимый отец и дед, десантник с почти тысячей прыжков, ветеран-энергетик. Довольно жизнерадостный человек, за плечами у которого – груз, который не каждый способен вынести. Алексей Вайцен – последний из оставшихся в России узников лагеря смерти Собибор.

Его хранили быстрые ноги и «ангельское» отчество

30 мая 1922 года в семье польских евреев Рахили и Ангела Вайценов родился сын Алексей. Казалось бы, детям с отчеством Ангелович сама судьба обещала счастье, а небо – защиту. Но перед некоторыми особо гнусными проявлениями человеческой натуры бессильно даже небо…

Вскоре после рождения Алексея семья Вайценов переехала в городок Ходоров, недалеко от Львова. Детство было довольно обычным и, как у многих сверстников, главной страстью парня был футбол. Алексей Вайцен в итоге доигрался до молодежной сборной Западной Украины. Быстрые ноги, обеспечивавшие форварду Вайцену стартовую скорость, позже не раз спасали ему жизнь.

В первый раз – в июне 1941-го. Вайцена призвали в Красную Армию в феврале, он служил на границе в Раве Русской и быстро попал в футбольную команду дивизии. В воскресенье 22 июня должен был состояться матч. Вайцен с командой был в городе, а остальная часть – в летних лагерях. Так футболисты оказались в тылу, причем линия фронта отодвигалась быстрее, чем они шли к ней.

Быстрые ноги и везение не раз спасали жизнь красноармейцу Вайцену.

Быстрые ноги и везение не раз спасали жизнь красноармейцу Вайцену.

В перестрелке Вайцена в первый раз ранили и взяли в плен, но он сбежал. В декабре 41-го выследили полицаи. Снова плен – и снова побег: 19-летний футболист рванул с места, когда его вели на расстрел. Через месяц Вайцен попал в тюрьму в Тернополе. Сбежал и оттуда. Но попал под облаву.

Тут везение закончилось… Может быть, потому что не стало отца. На Западной Украине вовсю шла «операция Рейнхард» - поголовное уничтожение евреев. Во время погромов в Ходорове немцы убили родителей и сестру Алексея Вайцена. А двух братьев – Михаила и Самуила – отправили в лагерь. Встретиться с ними ему было суждено в месте, название которого навсегда стало одним из символов ужасов нацизма. Собибор.

«Я оказался двенадцатым выжившим из эшелона. Тринадцатого не было…»

Лагерь смерти Собибор в одноименной польской деревне был вместе с Бежлецем и Треблинкой призван окончательно решить еврейский вопрос. С июля 1942-го по октябрь 43-го здесь уничтожили 250 тысяч евреев. Прибывшие в лагерь жили около двух часов. Но прежде чем вести на смерть, их заставляли подписывать открытки для родственников. Мол, добрались хорошо, все нормально.

Конвейер смерти организовали с немецкой практичностью. Из каждого эшелона отбирали тех, кто владел полезной профессией. Остальных раздевали, стригли наголо и вели в баню – помыться с дороги. Двери «бани» закрывались – и мощные танковые двигатели быстро наполняли помещение угарным газом. Когда все было кончено, сотрудник лагеря (заключенные называли его «банщиком») приводил в действие еще один практичный механизм: полы раскрывались – и сотни трупов падали в подвал, откуда их на тележках вывозили такие же обреченные на смерть.

После Собибора Вайцен вернулся на фронт - и закончил войну в апреле 45-го.

После Собибора Вайцен вернулся на фронт - и закончил войну в апреле 45-го.

- Я оказался двенадцатым, выжившим из всего эшелона, - рассказывал позже Алексей Вайцен. - Тринадцатого не было. Назвался портным. Меня поставили работать сортировщиком одежды. После каждого эшелона оставалось горы одежды: мужской, женской, детской – ее снимали якобы для дезинфекции. Я до сих пор помню эти детские ботиночки…

Когда начинали работать газовые камеры, охранники лагеря гоняли по хозяйственному двору несколько сот гусей. Гогот гусей заглушал крики погибающих от удушья.

Впрочем, сохранять все в тайне, конечно, не удавалось. Один из сортировщиков одежды – паренек из Голландии – однажды увидел в горе вещей одежду своих родных. Выбежал из барака – и увидел всю свою семью, которая покорно шла в «баню».

Охраняли лагерь в основном бывшие красноармейцы, перешедшие на сторону врага после плена. В руководстве работали около 20 эсэсовцев. У одного из них было своеобразное развлечение - стрелять по ходившим по лагерю заключенным. Он считал неудачным день, когда поражал меньше 50 "мишеней".

«На колючей проволоке оставляли куски кожи»

14 октября 1943 года в Собиборе началось восстание. Руководил им советский офицер Александр Печерский. Заключенные сначала уничтожили почти все руководство лагеря (СС-овцев приглашали примерить новый плащ или сапоги – и убивали), а потом волной пошли на охрану. Добраться до складов с оружием не удалось – и людская масса ринулась на колючую проволоку, а затем – на минное поле. Первые погибали, своими телами прокладывая путь к свободе и жизни тем, кто бежал за ними.

Ради армейской карьеры Алексей Ангелович долгие годы скрывал, что был в Собиборе. Если бы об этом узнали сразу после побега, красноармейца ждал бы другой лагерь, а потом, скорее всего, штрафбат.

Ради армейской карьеры Алексей Ангелович долгие годы скрывал, что был в Собиборе. Если бы об этом узнали сразу после побега, красноармейца ждал бы другой лагерь, а потом, скорее всего, штрафбат.

- Американцы сняли фильм про восстание в Собиборе, - говорит Дмитрий Плоткин, старший помощник прокурора области, в свое время первым рассказавший рязанцам об Алексее Вайцене. – Там есть момент, когда женщина останавливается, потому что ее платье зацепилось за колючую проволоку. Так вот участники восстания, увидев этот эпизод, говорили: «Да какое платье! Люди куски кожи и мяса оставляли на этой проволоке – лишь бы сбежать!».

Из Собибора сбежали 420 заключенных. Многих поймали сразу (поляки выдавали полицаям беглецов). До конца войны дожили лишь около 50 человек. Всех, кто побоялся бежать, нацисты уничтожили на следующий день. Единственный лагерь смерти, где во время войны состоялось успешное восстание, сравняли с землей. А территорию, где в муках погибли 250 тысяч человек, засадили капустой.

А через 25 лет после восстания в Ростове-на-Дону встретились все жившие в СССР узники Собибора. К тому времени их осталось шестеро.

«Жертвы должны пережить палачей»

После Собибора Алексей Вайцен остался один как перст: в лагере смерти погибли оба его брата. Набрел на партизанский отряд, а потом снова вернулся в действующую армию. Воевал до самого конца. А после еще 20 лет был старшиной ВДВ. Но на звание офицера даже не претендовал.

Алексей Вайцен всегда был открытым и жизнерадостным человеком. Ужасы Собибора и потеря всех родных не озлобили его.

Алексей Вайцен всегда был открытым и жизнерадостным человеком. Ужасы Собибора и потеря всех родных не озлобили его.

- Алексей Ангелович никогда не афишировал, что был в Собиборе, - говорит Дмитрий Плоткин. – В советские годы этот факт героическим не считался. Тот же Александр Печерский после Собибора попал уже в советский фильтрационный лагерь. Потому Вайцен и не подавал документы на офицера: подняли бы биографию – и начались бы вопросы.

- Дед начал рассказывать про Собибор только при Горбачеве, - рассказывал потом внук Алексей Вайцена Александр (названный в честь Печерского). – Я все удивлялся, чего он во сне кричит: а ему всю жизнь снился Собибор.

Что именно видел во сне Алексей Вайцен, мы не узнаем никогда. Но почти наверняка – лица палачей. В том числе – Ивана Демьянюка. Украинца, попавшего в плен и примкнувшего к оккупантам, в Собиборе за особую жестокость называли Иваном Грозным. Демьянюка судили несколько раз. Последний суд был в Германии в 2011 году. Вайцен поехать туда уже не мог, но подсудимого узнал с первого взгляда на фото.

Ивана Демьянюка и других вахманов Собибора (в основном - бывшие военнопленные Красной Армии) Вайцен запомнил на всю жизнь.

Ивана Демьянюка и других вахманов Собибора (в основном - бывшие военнопленные Красной Армии) Вайцен запомнил на всю жизнь.

- Я помню этого человека. Он был охранником в Собиборе. Мы видели друг друга глаза в глаза. Убийц забыть невозможно!

Тогда же Алексей Ангелович сказал:

- Я переживу его все равно, ведь жертвы должны жить дольше, чем их палачи. Хотя бы для того, чтобы торжествовала справедливость.

Демьянюк умер в марте 2012 в комфортабельном доме престарелых в Германии, куда его определил гуманный немецкий суд. Интересно, снился ли ему Собибор?

А Вайцен сдержал слово – и пережил своего палача почти на три года. 16 января Рязань похоронила последнего узника Собибора.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Людмила Захарова, председатель еврейского культурного центра «Хесед-Тшува»:

- Я познакомилась с Алексеем Ангеловичем в 2001 году. Мы попросили его выступить на встрече, посвященной Холокосту. И тогда меня поразило внешнее спокойствие, с которым он говорил о вещах, о которых и слушать-то невыносимо. Он же остался после Собибора совсем один, но не сломался, не озлобился… В Рязани жертв Холокоста осталось не так много и воспоминания каждого – на вес золота. Потому что кое-кто сейчас говорит, что и Холокоста-то никакого не было.

Олег Харивский, директор филиала «Рязаньэнерго»:

- Для коллектива «Рязаньэнерго» Алексей Ангелович был не только героем войны, но и уважаемым ветераном энергетики. За его плечами – 30 лет непрерывного трудового стажа с 1966 года. Каждый сотрудник «Рязаньэнерго» знает о подвигах Алексея Ангеловича и гордится, что работает на предприятии, где в свое время трудился этот легендарный человек.

Монумент в Собиборе. Фото: "Википедия".

Монумент в Собиборе. Фото: "Википедия".

КСТАТИ

Алексей Вайцен считал днем своего рождения 14 октября 1943 года — день восстания в Собиборе.

- То, что было до этого дня, я стараюсь не помнить. Слишком это тяжело, - говорил он.

ИНТЕРВЬЮ С ПАЛАЧОМ

Одним из сбежавших из Собибора был 16-летний поляк Томас Блатт. История его жизни – удивительна. Уроженец тех мест, Блатт вместе с другим подростком пытался скрыться в доме одноклассницы. Но ее отец не горел желанием помочь беглецам. Сначала запер их в погребе, а когда те выбрались, пытался застрелить. Раненный в живот Блатт смог спастись.

После войны он стал журналистом и в 1983 году взял интервью… у Карла Френцеля, третьего по старшинству человека в верхушке Собибора, которому когда-то чистил обувь (и благодаря этому выжил). Наверное, единственное в истории интервью жертвы с палачом...

Френцель к тому времени отсидел в тюрьме 16 с половиной лет. Но, судя по интервью, считал себя виновным лишь в исполнении приказов. В частности, он сказал:

- Я всегда был справедлив и никогда не наказывал тех, кто не сделал ничего неправильного.

И еще:

- Я никогда не был антисемитом. Я просто выполнял приказы. Это было ужасно. Я могу представить себе, что вы (евреи. - Ред.) чувствуете. Вы не сможете это забыть, не смогу и я. Мне снилось это все 16 лет в тюрьме.

Редакция благодарит Дмитрия Плоткина за помощь в подготовке материала и пресс-службу "Рязаньэнерго" за предоставленные фотографии.

Еще больше материалов по теме: «Новости Рязани»

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы: