Северный Кавказ
Политика

Новое слово в ведении войны

Россия в Сирии сделала ставку не на масштабную и глубокую наземную операцию, как это до сих пор принято у ведущих стран мира, а на гибкую и точечную тактику
Россия к гуманитарной составляющей отнеслась едва ли не серьезней, чем к военной

Россия к гуманитарной составляющей отнеслась едва ли не серьезней, чем к военной

Фото: Александр КОЦ

В пыльном подтрибунном помещении стадиона города Дераа над картой корпели сирийские офицеры. Стены то и дело содрогались от близких разрывов, с потолка на карту сыпалась штукатурка, военные сдували ее на пол.

- Вот сюда, на пригорок, выводи два танка, - водил карандашом российский военный советник. - Штурмовые группы концентрируй здесь. Эти начинают работать «Шмелями». Танки подавляют пулеметные гнезда, отсюда поддерживаешь гаубицами. Потом идут штурмовики, занимаете улицу. Если пойдут на прорыв, авиация поддержит. Ясно?

Даже мне было ясно, что план - вполне реализуемый. Спустя три часа вместе со штурмовыми группами мы входили в городок Осман на юге Сирии. Один из тысяч освобожденных за два с небольшим года населенных пунктов.

- Когда мы появились, правительственная армия была настолько истощена, что бросать ее в бой сразу - все равно, что на убой, - объяснял мне вечером российский офицер. - Я три месяца гонял их на полигоне с утра до вечера. И сейчас они почти ежедневно дают результат. Тут главное подход - не нахрапом, а не спеша, методично и с головой.

И это, наверное, главный лейтмотив всей российской операции в Сирии. Пожалуй, впервые ставка была сделана не на масштабную и глубокую наземную операцию, как это до сих пор принято у ведущих стран мира, а на гибкую и точечную тактику. Технический даже не кулак, а молот - в сочетании с ювелирной работой разведки и органов управления. Когда нет места шапкозакидательству с обещаниями взять город за два часа одним парашютно-десантным полком. Зато есть целый штат профессионалов экстракласса, которые прямо на передовой помогают правительственным силам Сирии вести наступательные действия и координировать их с российской авиацией и подразделениями союзников. И это новое слово в тактике ведения войны, которую на Западе от обиды называют «гибридной».

Мне есть с чем сравнивать, я видел, как американцами велась операция по освобождению Мосула. По старинке, со ставкой на количественное и огневое превосходство. С уничтожением террористов вместе с населенными пунктами - дом за домом, улица за улицей...

При этом, Россия к гуманитарной составляющей отнеслась едва ли не серьезней, чем к военной. И это тоже очень важный момент. Ведь одно дело - победить террористов на поле бое, и другое - одержать победу над идеологией, засевшей в головах. И эту задачу Асаду еще предстоит решать. Но ему повезло с друзьями - они помогут.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Владимир Путин на авиабазе Хмеймим: «Вы с победой возвращаетесь к своим родным очагам. Родина ждет вас, друзья!»

Верховный Главнокомандующий приказал приступить к выводу российской группировки из Сирии (подробности)

В ТЕМУ

Четыре главные победы в Сирии

Российские военные возвращаются на Родину. Подводим итоги двухлетней операции в Сирии (подробности)

ЕЩЕ МНЕНИЕ

Теперь мы - не «мальчики для битья», а «боги войны»

Виктор БАРАНЕЦ

Когда в октябре 2015 года было «официально» объявлено о вступлении России в войну с террористами в Сирии, некоторые пентагоновские генералы потеряли дар речи от удивления. Помните, что они говорили? «Оказалось, что русские способны скрытно и быстро перебрасывать войска на дальние расстояния! Русская армия демонстрирует чудеса мобильности!» (подробности)