Северный Кавказ
Политика

Ученые разрушенного ударами США НИИ: «Мы готовили студентов, а не химическое оружие»

Военкор «КП» Александр Коц на руинах Научно-исследовательского института развития фармацевтической и химической промышленности Барзе в Дамаске встретился с его сотрудниками
Не осталось ничего, что бы напоминало об «ученом прошлом» этих еще дымящих кое-где руин.

Не осталось ничего, что бы напоминало об «ученом прошлом» этих еще дымящих кое-где руин.

Фото: Александр КОЦ

Доктор Яруб Хаддур по щиколотку в строительной пыли вместе с двумя коллегами аккуратно пробирается по месиву из крошеного бетона и изогнутого и оплавленного металлического лома. Еще с десяток сотрудников НИИ Барзе отрешенно наблюдают, как их коллеги в этих апокалиптических декорациях пытаются найти свои бывшие рабочие места. Это невозможно. Массированный удар крылатыми ракетами буквально стер в пыль и корпуса Института и все, что было внутри — аппаратура, компьютерные серверы, лаборатории... Не осталось ничего, что бы напоминало об «ученом прошлом» этих еще дымящих кое-где руин. Такого не бывает ни при пожарах, ни при землетрясениях. США не пожалели ракет на этот объект. Я насчитал около десятка попаданий, хотя жители близлежащих домов говорят о порядка 15 мощных разрывов.

Такого не бывает ни при пожарах, ни при землетрясениях.

Такого не бывает ни при пожарах, ни при землетрясениях.

Фото: Александр КОЦ

- Когда я узнал, что Америка разрушила наши корпуса, я просто рыдал, - оттряхивает брюки от пыли доктор Хаддур. - Это ведь мой второй дом. У меня такое чувство, будто уничтожили мой дом вместе с находившейся в нем семьей. Все эти годы мы усердно работали со студентами... Очень печально. И очень трудно понять, почему они это сделали.

Массированный удар крылатыми ракетами буквально стер в пыль и корпуса Института

Массированный удар крылатыми ракетами буквально стер в пыль и корпуса Института

Фото: Александр КОЦ

Территория научного центра поражает своими размерами. Вокруг разрушенного института – учебные корпуса, жилые дома, где проживают семьи сотрудников, детский садик всего в 300 метрах от лабораторий… Но крылатые ракеты били четко только по корпусам НИИ. В соседних зданиях лишь повышибало окна. Остается только догадываться, что в эту ночь пережили ученые и их дети, когда в нескольких сотнях метрах от них разрывались «Томагавки», превращая в руины то, что создавалось годами. Вместе с доктором Хаддуром мы ходим по развалинам некогда одного из крупнейших научных центров страны. Числится он за Минобороны, но в большинстве своем здесь работали гражданские специалисты.

Но крылатые ракеты били четко только по корпусам НИИ.

Но крылатые ракеты били четко только по корпусам НИИ.

Фото: Александр КОЦ

Вот бывшие лаборатории. В железном месиве угадываются остатки компьютеров и серверов. На бетонной плите лежит чудом уцелевшие лабораторные весы. Рядом валяются фотографии – молодой девушки и детей. Видимо стояли у кого-то на столе. Местами попадаются блестящие осколки ракет, обгоревшие учебники, дымит тлеющая проводка…

США не пожалели ракет на этот объект.

США не пожалели ракет на этот объект.

Фото: Александр КОЦ

- Вот здесь преподавалась теория, - показывает Яруб Хаддур на отдаленно напоминающий кабинет бетонный хлам с обрушившимся лестничным пролетом. – Тут преподавались естественные науки. Рядом – лаборатории для научных опытов. Здесь стояло учебное оборудование. Никаких отравляющих веществ здесь не разрабатывалось, тут просто не было необходимой для этого аппаратуры.

Общий вид разрушенного НИИ.

Общий вид разрушенного НИИ.

Фото: Александр КОЦ

- А вы что преподавали?

- Информационную технологию. Все, что связано с компьютерами, оборудование, программное обеспечение, базовые сетевые технологии, продвинутые. Курсы по работе с операционными системами… Вот здесь как раз были наши аудитории… - преподаватель немного задумывается. – Но мы отстроим все заново, каждый кирпич, разрушенный американцами, мы восстановим.

Логику ударов по этому объекту назвать сложно. Институт находится в плотной городской застройке. И если бы в этом НИИ действительно производились какие-то отравляющие вещества, американцы очень рисковали устроить в одном из районов столицы Сирии локальную химическую катастрофу. Мало бы никому не показалось. И, пожалуй, надо быть очень уверенным в том, что в этом НИИ никаких средств массового поражения нет, чтобы без малейших опасений сравнять его с землей.

ФОТОРЕПОРТАЖ

Последствия американского ракетного удара по научному центру Барзе в Сирии

ЕЩЕ РЕПОРТАЖИ АВТОРА

Военкор "КП" в Дамаске Александр Коц: «Томагавки» сбивали ракетами 70-х годов

Военный корреспондент "Комсомолки" передает из Сирии, пережившей ракетную атаку США и их союзников (подробности)

Военкор Александр Коц из Дамаска: В отличие от караул-патриотов, в Сирии никто не предъявляет России претензии за то, что она не развязала Третью мировую

На авиабазе, которую атаковали США и их союзники, все цело - нет ни одной выбоины во взлетно-посадочной полосе (подробности)

«Боевики встретили ракетные удары по Сирии ликованием». Военкор «Комсомолки» рассказал о первых ударах по Сирии

Наш самолет садился на российскую авиабазу Хмеймим за пять часов до начала ударов США и их союзников. С воздуха сияющая огнями Латакия не напоминала город, застывший в тревожном ожидании. В пятничный выходной вечер здесь кипела ночная жизнь. (подробности)

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Бомбардировка ложью: Что объединяет "дело Скрипалей" и вранье о химической атаке в Думе

Георгий БОВТ

На днях глава российского МИД Сергей Лавров выдал новую информацию о «деле Скрипалей», сославшись на некие конфиденциальные данные, возможно, полученные российской разведкой (подобности)