Северный Кавказ
Экономика

В России все еще хотят создать 25 млн современных рабочих мест. Почему это утопия?

Повышение производительности труда приводит к высвобождению работников, напоминает доктор экономических наук и колумнист «КП»
Никто так и не понял, что такое «высокопроизводительные рабочие места»

Никто так и не понял, что такое «высокопроизводительные рабочие места»

Фото: Алексей БУЛАТОВ

Минэкономики нашло чудодейственное средство выполнить один из майских указов 2012 года по созданию 25 млн высокопроизводительных рабочих мест (ВПРМ).

Средство это называется волшебным словом «методика». Раньше ВПРМ считалось по средней зарплате на предприятии (если она была выше порогового значения, место считалось высокопроизводительным), то теперь будут учитываться добавленная стоимость на одного сотрудника, амортизация и нематериальные активы. Помимо этого, в новом расчете будут учитываться ФГУП, МУП, госкорпорации и крупные предприятия ЖКХ.

В общем, создадим (нарисуем) успех, пусть и с небольшим опозданием.

Нужно заметить, что идея о 25 млн ВПРМ с самого начала была утопией. До такого не додумались даже в СССР с ее Госпланом и Госкомцен. Что говорить об экономике рыночной, где приказы издаются исключительно в форме рамочных условий для ведения бизнеса.

Кто же вбросил эту глупую фантазию в публичную плоскость?

Поговаривают, что автором была «Деловая Россия» Бориса Титова. На одном из совещаний экономическая химера о 25 млн ВПРМ была озвучена, начальству красивая цифра понравилась и пошло-поехало. Сначала с фантомом бился Улюкаев, а после известных событий – без вины виноватый Орешкин.

Никто так и не понял, что такое «высокопроизводительные рабочие места». Но указ президента выше закона, потому чиновники маются до сих пор.

В 2011 г. в аграрном секторе страны было занято 9,9% работников, в промышленности и строительстве – 27,8%, в услугах – 62,3%. В какой сфере нужно создавать ВПРМ? И что для этого должно было предпринять государство?

В те времена ни о каких агрегаторах, массовых карточных платежах или мобильных приложениях никто слыхом не слыхивал. А они привели к существенному повышению производительности труда. Без какой-либо помощи со стороны правительства.

Но не только к этому. Увеличение производительности, повсеместное распространение онлайн-магазинов, внедрение интернет-технологий и. прочие прелести нынешнего века стали причиной массового высвобождения работников и структурного перехода работников на режим свободной занятости. Об этом семь лет назад также не задумывались.

Эти и прочие логичные аргументы, что называется, неубиваемы. Проблема же не в заскорузлости мышления бюрократии, а в том, что она смертельно боится положить эти доводы на стол президенту. Потому и живет наше чиновничество как в сказке «Поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что».

Курам (нам) на смех.