Северный Кавказ
Общество

Вагончик тронется – мигрант останется: под Самарой многотысячный лагерь бывших трудяг стал «живой очередью» на отправку на родину

Палаточный городок с базаром, своими порядками и иерархией самарцы уже в шутку называют «узбекским Грушинским фестивалем». Можно ли остановить этот поток, разбирался корреспондент «КП-Самара»
В Самарской области раскинулся лагерь мигрантов, которые пытаются попасть на родину, в Узбекистан.

В Самарской области раскинулся лагерь мигрантов, которые пытаются попасть на родину, в Узбекистан.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

Стою посреди поля под ледяным дождем, смотрю, как порывы ветра рвут пленку на сотнях палаток, в которых закутались в одеяла тысячи человек.

Это уже третий на моем счету «пункт временного размещения иностранных граждан», говоря на языке чиновников. По-простому - огромный лагерь мигрантов, которые пытаются попасть на родину, в солнечный Узбекистан.

Этот лагерь в трех километрах от Кинеля - небольшого города в Самарской области с одной из самых больших в России железнодорожных станций. Именно отсюда отправляются специальные составы в Узбекистан, но вывезти все тысячи мужчин, женщин и детей пока не удается - каждый день в лагерь приезжают сотни человек со всей страны.

Палаточный лагерь огромный, чем-то напоминает Грушинский фестиваль.

Палаточный лагерь огромный, чем-то напоминает Грушинский фестиваль.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

«Таксист сказал, поезд будет»

- Куда вы, зачем вы сюда? – спрашиваю у группы с растерянными взглядами. Их высадили из легковушки. Чемоданы, баулы… Кутаются, прячут от ветра и камеры глаза.

Ответы – какие я уже слышал. На ломаном или очень хорошем русском объясняют: «Таксист сказал, что граница открыта, что поезд будет». «Десять тысяч отдали, приехали, а теперь спать на земле, ждать…», «Снять квартиру в Кинеле не на что. Да и вдруг очередь пропущу?», «Купил палатку с рук за полторы тысячи, обмотаю пленкой от дождя, буду ждать тут, со своими…»

Новенькие идут регистрироваться. Я – изучать быт.

Живется мигрантам в палаточном лагере трудно, но они улыбаются.

Живется мигрантам в палаточном лагере трудно, но они улыбаются.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

Над поляной витает запах уличных туалетов вперемешку с дымом от множества костров. Вокруг очагов толпятся люди, одетые, кажется, во все куртки и кофты, что у них были с собой. Готовят еду, смеются, слышен простуженный кашель…

На удивление тут гораздо чище, чем в лагере, который разбивали мигранты у Большой Черниговки летом. Палатки стоят ровнее, костровые зоны не хаотичны. Да тут даже свой базар есть! Продают штаны, теплые носки, продукты… свежую горячую самсу, шашлыки и плов.

Все это - туалеты, палатки, костры и даже размытые дождем дороги - напоминает мне Грушинский фестиваль. Вот только обитатели лагеря не поют, а мечтают скорее «сложить крылья палаток» и уехать прочь.

В лагере есть свой рынок.

В лагере есть свой рынок.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

«За место в списке брала 10 тысяч»

Все события в «пункте временного размещения» - выстоять очередь, чтобы зарегистрироваться. Потом пробиться через толпу к вывешенным спискам и узнать свое место в очереди на поезд. Очередь на подзарядку телефона от бензинового генератора, очередь за горстью фруктов, которые привезли соотечественники, - и так изо дня в день.

Единственное, что разбавляет эти серые толпы, - улыбки, с которыми узбеки воспринимают свое положение. Ироничные, горькие и даже злые. Но у этих людей, видимо, не принято демонстрировать то, как им тяжело.

- Ничего не бывает бесплатно, - говорят мне. - Три дня назад билет до Ташкента стоил 11 тысяч рублей, вчера 11 900!

Приспособление для умывания

Приспособление для умывания

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

Весь лагерь полнится слухами. Люди, в основном мужчины, напряжены. Неудивительно, что полиция отбирает у всех прибывающих топоры и острые предметы. Полицейские тоже разбили рядом лагерь, охраняют порядок.

Следить за этой толпой необходимо.

6 сентября в палаточном лагере был «бунт», как это называют волонтеры. Женщина, которая назвалась представителем конгресса узбеков, составляла списки и якобы за 10 000 рублей обещала хорошее место в очереди на поезд. Такое собратьям не понравилось. Женщине пришлось бежать на такси, а толпа здорово помяла машину.

Туалеты в палаточном лагере.

Туалеты в палаточном лагере.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

Самарцы везут одеяла и продукты

В поисках временного жилья мигранты ходят по окрестным селениям. В поселке Кинельском несколько человек нашли жилье у Елены Воробьевой, домохозяйки с тремя детьми.

Елена Воробьева

Елена Воробьева

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

- Пришли молодые ребята, спросили, нельзя ли пожить у нас, - рассказывает Елена. - А у нас есть пристрой. Я их пустила, но решила, что пусть они мне тогда заштукатурят стены на веранде. Потом пришли еще двое - они мне зацементировали порог и сейчас живут там же, но на втором этаже.

- А вам не страшно? - спрашиваю. - Все-таки вы молодая, трое детей дома, а тут чужие люди?

Здесь можно зарядить телефоны.

Здесь можно зарядить телефоны.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

- Я даже не задумалась. Они вызывают доверие.

Среди постояльцев Елены - Маруфджон. Он работал шеф-поваром в Петербурге 13 лет, приехал в лагерь 5 сентября, но решил не просто ждать своей очереди, а как-то повлиять на ситуацию. Написал своим друзьям о том, что происходит, а те перечислили ему пять тысяч рублей на продукты, чтобы раздать самым нуждающимся. С этого момента он постоянно ездит в лагерь с Еленой и Людмилой Мельниченко - еще одной жительницей Кинельского, которая не могла остаться равнодушной к бедам мигрантов.

Людмила организовала сбор средств в соцсетях, и теперь они каждый день закупают хлеб, продукты и, главное, лекарства.

Жители лагеря готовят узбекский плов

Жители лагеря готовят узбекский плов

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

- Когда Маруфу перечислили пять тысяч, я добавила еще одну. Я была в отчаянии – что мы сможем сделать на эти деньги? Написала в соцсетях, хотя стыдно было, будто я на паперти. Но люди же страдают. И вдруг такой отклик - стали помогать деньгами, привозить теплые вещи, даже палатки, - рассказывает Людмила.

В лагере много простуженных, нужны лекарства от давления, антисептики. Сначала волонтеры раздавали их просто так, но потом решили, что надо людей как-то вовлекать в жизнь их лагеря. Теперь идет обмен - за еду, лекарства и вещи мигранты собирают и сдают мусор.

Из лагеря уезжают, но вновь прибывают очередные мигранты.

Из лагеря уезжают, но вновь прибывают очередные мигранты.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

«Религия не важна, важны люди»

Еще один необычный человек в лагере - Мурат Тургиев. Он узбек, живет в Отрадном, но каждый день вместе с помощниками приезжает сюда. Готовит плов, чай. Раздает бесплатно. Деньги на продукты собирает община Евангелистов Отрадного, в которой состоит Мурат. На вопрос: «Зачем тебе это, Мурат?» Отвечает: «Из любви!»

Друзья Людмилы Мельниченко везут сюда предметы первой необходимости. На фоне сотен палаток это кажется каплей в море, хотя волонтеры собрали целую грузовую «Газель» с вещами.

Палатки утепляют и защищают от дождя, кто как может.

Палатки утепляют и защищают от дождя, кто как может.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

- Мы всю жизнь в походах, на Грушинском были с первых фестивалей, - Александр Роттенберг и его супруга привезли в лагерь палатки, одеяла и спальные мешки. - У нас и друзей за эти годы скопилось очень много вещей, которые сейчас очень нужны этим людям.

Мы выгружаем из редакционной машины мешки с хлебом, которые загрузила к нам Людмила Мельниченко. А рядом разгружается машина новых постояльцев лагеря…

Из Самарской области с весны отправили на родину уже 8,5 тысяч мигрантов. Ближайший поезд в Ташкент 19 сентября. Уедут не все. На смену им прибудут новые.

Соотечественники привозят на машинах фрукты и раздают бесплатно.

Соотечественники привозят на машинах фрукты и раздают бесплатно.

Фото: Антон ЧЕРЕПОК

СПРАВКА «КП»

14 сентября поездом Кинель - Ташкент домой отправили 944 гражданина Узбекистана. Очередной вывозной рейс был организован на межгосударственном уровне. Власти России и Узбекистана при содействии губернатора и правительства Самарской области снова помогли людям вернуться на родину, хотя границы закрыты. Местные власти организовали для мигрантов административные и медицинские палатки, им привозят питьевую воду. Для безопасности местных жителей и иностранцев работает полиция. К решению проблемы подключили представителей посольства Узбекистана в РФ и Генконсульства этой республики в Казани. Мигрантам не раз предлагали работу в разных селах и городах области. Было 2,5 тысяч предложений с зарплатами 20 - 50 тысяч рублей. Однако иностранцы от работы отказались.

16 сентября из аэропорта Курумоч рейсом Самара - Ташкент вернулись на родину 147 граждан Узбекистана. Сегодня, 17 сентября, Uzbekistan Airways открыла свободную продажу билетов на чартерные рейсы из Москвы, Санкт-Петербурга, Ростова-на-Дону в Ташкент. На борт будут допущены только граждане Узбекистана со справкой о прохождении ПЦР-теста на коронавирус, сделанного не более чем за 72 часа до вылета. Билеты можно покупать на официальном сайте Uzbekistan Airways и в кассах в Москве.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Еще 944 гражданина Узбекистана отправились домой из палаточного лагеря в Самарской области

В целом 8,5 тысяч трудовых мигрантов из Республики Узбекистан смогли вернуться на родину. Подробнее

На жаре и без надежды: как тысячи мигрантов застряли из-за коронавируса на закрытой границе с Казахстаном

Журналисты "КП-Самара" побывали в стихийном палаточном лагере, где ютятся беременные, дети и бывшие работяги, которых родина пока не может принять. Подробнее

«Пустили слух, что Казахстан открыт»: тысячи граждан Узбекистана застряли среди поля на границе Самарской области

Из-за фейковой новости о том, что в Казахстане смягчен пограничный режим, граждане Узбекистана оказались в палаточном лагере. Подробнее

Под Самарой мигранты оккупировали вокзал и требуют отправить их в Узбекистан

Они не хотят работать и отказываются от предложения улететь домой на самолете. Подробнее