На Ставрополье ошибка анестезиолога погубила женщину и ее новорожденного малыша

Марина и Николай Бочаровы прожили в браке два года, когда выяснилось, что девушка беременна первенцем. Беременность протекала нормально. У Марины не выявили никаких патологий и ни разу не положили на сохранение.

Николай не мог дождаться, когда ребенок появится на свет. Но счастье, до которого, казалось, уже можно было дотронуться рукой, так и не постучалось в его двери. Марина умерла во время родов. На следующий день скончался их новорожденный сын.

- Дочку наблюдал заведующий родильным отделением Александровской ЦРБ Юрий Тумаков, - вспоминает мама Марины Татьяна Букреева.

Рожать Марина должна была 24 сентября 2008 года. За пять дней Тумаков попросил девушку лечь в родильное отделение. Но в назначенный день схватки не начались. Тогда ей стали вводить препараты, чтобы вызвать роды. А 1 октября примерно в половине второго дня Марина позвонила матери и пожаловалась на сильные боли в животе.

- Наверное, рожаю, - сказала она в трубку.

В тот день Татьяна Дмитриевна слышала дочку в последний раз.

Около пяти часов вечера в роддом позвонил обеспокоенный супруг. Ему сообщили, что Марину удачно прокесарили, и она отходит от наркоза. Правда, оговорились: мол, когда вводили обезболивающие, она стала задыхаться. И спросили, нет ли у нее аллергии на лекарства. Николай стал уверять, что Марина совершенно здорова. На том конце провода положили трубку. Потом выяснилось, что как раз в это время у Марины остановилось сердце.

В семь утра следующего дня Николай с тещей обивали пороги роддома. Но вместо того, чтобы провести к молодой маме, их пригласили в кабинет Юрия Тумакова.

- Марина умерла, - констатировал Юрий Тумаков. - Несчастный случай. У нее оказалась аллергия на ледокаин. Так бывает... У нас в крае каждый год от анафилактического шока умирают до 30 рожениц. А ребеночек ваш жив.

Когда через полчаса Николай и Татьяна Дмитриевна поднялись к малышу, оказалось, что он тоже умер. От асфиксии.

Как потом установит судебно-медицинская экспертиза, анестезиолог больницы Александр Кочеряба ввел Марине слишком много ледокаина - сразу 18 мл 2-процентного раствора, что и вызвало анафилактический шок. Тогда как любой анестезиолог знает: прежде чем вводить значительную дозу обезболивающего, необходимо сделать пробу. В случае с роженицей - ввести не более 5 мл однопроцентного вещества. А затем, наблюдая за реакцией организма, постепенно добавлять дозу. Кочеряба же превысил ее более чем в шесть раз.

- Уголовное дело на него завели не сразу, - говорит Татьяна Дмитриевна. - Пришлось походить по инстанциям. Только этой весной за него взялась прокуратура.

Судебно-медицинская экспертиза показала, что Тумаков и Кочеряба подделали историю болезни Марины. Когда у девушки остановилось сердце, они обязаны были вызвать бригаду реаниматологов из Ставрополя. Но вместо этого только позвонили в медакадемию с вопросом, что делать. Им посоветовали ввести роженице противошоковые препараты. Но они почему-то этого не сделали. А в истории болезни написали обратное. И Марина еще 10 часов тихо умирала на кушетке…

- Знакомые санитарки из ЦРБ рассказали, что Тумаков и Кочеряба в ту ночь быль пьяны, - плачет Татьяна Дмитриевна. - В это я верю, потому что в кабинете у Тумакова стоял запах перегара. Я вовремя не обратилась за экспертизой, а теперь это не докажешь. Главврач больницы сказала мне, что виновные получили выговоры. Но что такое выговоры по сравнению с двумя человеческими жизнями? Мариночке ведь был всего 21 год…

На днях дело Александра Кочерябы передали в суд. Из больницы его не уволили и даже временно не отстранили от работы. Сейчас он находится дома под подпиской о невыезде и спокойно ждет суда. А обвинительный приговор, если такой будет, собирается обжаловать.

Свою вину он не признает, - говорит помощник следователя Александровского межрайонного следственного отдела Вадим Елисеев. - Смерть Марины Бочаровой называет роковым стечением обстоятельств. Ему предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 109 УК РФ «причинение смерти по неосторожности». Подсудимому грозит до 5 лет лишения свободы.