Корреспондента «КП» со второй попытки не выгнали с избирательного участка в Ставрополе

Я всегда хотел посмотреть изнутри на работу избирательной комиссии. На парламентских выборах мне этого не позволили сделать председатель избирательной комиссии участка №26 Ставрополя Ирина Ивашова и сотрудники полиции, выставившие меня на улицу за 5 минут до окончания голосования.

Ставропольский межрайонный следственный комитет никакого криминала в этой типичной для российских выборов истории не нашел. В возбуждении дела мне отказали, чем косвенно подтвердили право полиции выгонять журналистов с избирательных участков.

На выборы президента я шел в полной уверенности, что все повторится. Предчувствие дежавю еще более усилилось, когда меня встретила та же самая председатель комиссии и те же самые полицейские. Взглянув на то же самое служебное удостоверение, которое в первый раз было названо фальшивкой, председатель комиссии подтвердила мое право присутствовать на участке и вежливо предложила занять место рядом с наблюдателями.

Я спокойно досидел до закрытия участка и стал свидетелем таинства подсчета голосов. Усевшись вокруг составленных столов, комиссия принялась считать бюллетени. От стола до четырех наблюдателей было метров 8, то есть расстояние явно не позволяло смотрящим «видеть отметки в бюллетенях», как об этом говорится в «Памятке наблюдателю», сочиненной ЦИКом. Но наблюдателей такое отстраненное положение вполне устраивало. Никто не сказал ни слова и ближе к столу не подошел.

Сначала члены комиссии посчитали бюллетени, привезенные с выездного голосования. Их было 540. Потом те, что находились в урнах. Их оказалось 1060. То есть треть голосовавших сделала это не на избирательном участке. На выезде работал единственный наблюдатель от партии «Единая Россия». По его словам, нарушений и вбросов он не заметил.

Прежде чем начать считать «выездные» бюллетени, члены комиссии должны были огласить количество проголосовавших вне помещения. Это делается, чтобы сравнить число поданных на голосование заявок и бюллетеней в переносных ящиках. Если первых меньше, чем вторых, выездное голосование признается недействительным. По мнению наблюдателя от КПРФ, сидевшего рядом со мной, этот порядок был нарушен: комиссия не объявила количество поданных на выездное голосование заявлений. Однако писать жалобу наблюдатель почему-то не стал, да и в итоговом протоколе все цифры совпали идеально.

Дальше началась сортировка бюллетеней по кандидатам. Бюллетени разложили по стопкам в зависимости от галочек напротив фамилий. Видеть, соответствуют ли галочки стопкам, наблюдатели не могли, потому что по-прежнему сидели слишком далеко от судьбоносного стола.

Бюллетени считали, пересчитывали и перекладывали. Через 2,5 часа этой рутинной, а для уставшего от многочасового бдения наблюдателя — так и совсем усыпляющей, деятельности, были оглашены результаты голосования: Владимир Путин — 1041 голос, Геннадий Зюганов — 264, Михаил Прохоров — 181, Владимир Жириновский — 74 и Сергей Миронов — 36.

Еще через полчаса нам выдали копии итогового протокола. В моей напротив графы «сведения о количестве поступивших жалоб (заявлений)» стояли нули. Все в этот эпохальный день на участке № 26 прошло без нарушений, если, конечно, не считать нарушением отсутствие «визуального контакта с отметками» в бюллетенях.