
«Я любила эмоции, которых я больше не вижу. Это самая большая боль», – рассказывает девушка из Ставрополя. Чуть больше года назад она была молодой банковской сотрудницей, влюбленной в жизнь. Несколько дней изменили судьбу до неузнаваемости и погрузили в тяжелейшее уныние. Она потеряла зрение из-за неправильного лечения геморроя. Историю преодоления корреспонденту «КП-Северный Кавказ» рассказала Габриэлла Елохова.
Все началось 9 февраля 2024 года. Габриэлла с трудом передвигалась. К колопроктологу ее привел брат. Жалоба девушки – обильное кровотечение. Ей прописали лечение и назначили повторный прием через две недели.
«У меня было общее плохое состояние, я передвигалась уже не сама. Тошнота, головокружение, такое недомогание. Я была достаточно еще пышной дамой, наверное, килограмм 120. В больнице встретила коллегу, она сказала: “Выглядишь бледной, прямо белая”», – рассказывает Габриэлла.
Габриэлла исполняла все, что ей прописал врач, но это не особо помогло. На следующий день она проснулась с отеком половины левого глаза. Родные снова привезли ее к медикам. Офтальмолог закапал глаза – расширяющий зрачки препарат помогает в осмотре внутренних структур глаза. Позже окажется, что в этом не было необходимости. Осмотр не выявил никаких проблем.

Дальше – невролог и кардиолог. Выявляется подозрение на инсульт. Габрииэллу отправляют на фельдшерский пункт. Оказывается, у нее повысилось давление. Что удивительно, учитывая, что в последние две недели оно оставалось пониженным. Несмотря на это, врачи не смогли дать ответ, что происходит с девушкой.
А утром следующего дня она проснулась без глаза. Отек полностью закрыл левый и наполовину – правый. Скорая. Общий анализ крови. Врачи выявили острую анемию, гипертонию и ишемический инсульт. Именно это повредило зрительные нервы.
«Левый в первые сутки умер, атрофирован из-за нарушения кровообращения, правый – частично, в нем осталось 3%. Я проснулась на ресепшене в терапии в коридоре. Встаю: не знаю, кто я, что я. Я в полной темноте», – вспоминает Габриэлла.
Передвигаться по коридору ей помогал пожилой мужчина, который лежал на соседней кушетке. Габриэлла научилась ориентироваться по номеру двери, который насчитывала в коридоре. Днем девушка только и успевала принимать гостей в стационаре:
«Ко мне приходило очень много коллег, друзей, знакомых. Иногда в больницу приходили до пяти человек за день. Мама работала ночами, а днем была со мной. Поддержка была колоссальная».
Но это не спасало. Глаза человека передают до 90% информации о мире. Габриэлла внезапно поняла, что всю жизнь была визуалом [тип людей, лучше всего воспринимающи мир через зрение – Прим.]. Она поставила жизнь на паузу и не понимала, как быть дальше. А когда перестаешь видеть смысл в своем существовании, в голову могут приходить самые страшные мысли.
«В одну из ночей как обычно я лежала и рыдала. Тогда я приняла решение, что все-таки попробую оправдать ожидания окружающих меня людей».

Габриэлла начала попытки вернуться в привычный темп жизни. Телефон на голосовом управлении, новый диагноз, реабилитация у офтальмолога-невролога. Девушке поставили частичную атрофию зрительных нервов. Терапия помогла немного вернуть зрение – из «слепой» она стала «слабовидящей». По сути это – хаотичное восприятие цвета, мелькающие пятна.
Первые полгода были как в тумане: больница, уколы, таблетки, турецкие сериалы по 400 серий. А потом началась адаптация к новой жизни:
«Когда получила инвалидность, пошла в ВОС – Всероссийское общество слепых. Спросила: “Как мне быть?”. Они предложили реабилитационный центр в Московской области. А мне не подходит этот вариант. Лечение проходит в Ставрополе. Я говорю: “Дайте мне номера телефонов слепых в нашем городе”. Познакомилась с этими ребятами, нас было около восьми. Поняла, что жизнь “после” есть. Даже очень неплохая».

Тогда Габриэлла узнала о специальной программе, которая помогает слепым и слабовидящим. Она научилась пользоваться голосовыми программами, техникой, ориентироваться в пространстве. Девушка хотела снять нагрузку сопроводителей с семьи и друзей. За год ее окружение сильно уменьшилось. Трудности показали, что настоящих друзей у нее не так много.
«Научилась ходить с тростью от дома до остановки. Было так страшно. Представляете, сколько шумов? И как найти ориентиры? Соседские дети смотрели на меня. Подходили, жалели, успокаивали. И добрые люди на улице подсказывали, как пройти», – грустно подводит итог Габриэлла.

На протяжении 10 лет Габриэлла работала в банке. А теперь получает образование психолога. «Представляете, как мне мозги поджарил инсульт, даже в университет вернулась после 30 лет», – шутит девушка.
Она так делает часто – то, что другие восприняли бы как личный подвиг, девушка преподносит с легкой самоиронией. Также Габриэлла относится и к интенсивным тренировкам в зале – видите, мол, как меня тренер заставляет пахать.
Больше года девушка была на больничном. Врачи видели потенциал ее лечения, потому продолжали продлевать период терапии. А с недавнего времени она узнала, что врачи приняли решение отправить ее на работу. Но Габриэла не унывает. Она надеется остаться в компании, пусть и с измененными условиями.
«В этом месяце начинаю заниматься книгой. Буду учиться алфавиту Брайля. Брайлевский дисплей можно подключать либо к телефону, либо к компьютеру. Чтобы в сентябре вернуться на учебу умненькой, смогу конспектировать текстом», – рассказывает полная энтузиазма девушка.

Долгосрочные планы еще грандиознее. Габриэла мечтает о поездке в популярную клинику в другом регионе – там вводят препарат, который помогает восстанавливать зрение. Кроме того, девушка мечтает о семейном бизнесе. Ее мама – повар-кондитер:
«Я бы хотела как два в одном реализовать и себя, и ее возможности. Можем, например, нанимать слабовидящих людей, тотальников [слепых людей – Прим.], если есть желающие».
А пока девушка готовится к искам. Она хочет получить компенсацию от врачей, которые не смогли вовремя поставить ей правильный диагноз и предотвратить полную потерю зрения.
Параллельно с этим продолжает вести блог, который начала на больничной койке. Он давно стал частью ее быта. Девушка хочет, чтобы люди понимали, что после потери зрения можно и нужно продолжать хорошо жить. Хотя сохранить такой энтузиазм – большой труд.
«Я любила жизнь всегда. Любила свои эмоции, которых я больше не вижу. Это самая большая боль. У меня есть племянница и крестница, девчонки. Племяннице семь лет сейчас, а крестнице – шесть лет. Их черты лица я больше не увижу».

Девушка сетует: большинству людей безразличны окружающие. Она прошла тяжелый путь и хочет протянуть руку помощи другим людям:
«Я не получила должной психологической поддержки после приобретения травмы, но не стала ненавидеть мир. Я начала его любить, но с другой стороны. Сейчас непростое время, у нас очень большое количество инвалидов. Хочу быть кандидатом наук психологического направления. Помогать людям, которые столкнулись с заболеванием, с травмой».
Уважаемые читатели!
Подписывайтесь на наш Telegram-канал. Присоединяйтесь к нашим группам в социальных сетях ВКонтакте и Одноклассниках
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию: danil.yurkov@phkp.ru