
Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП
На Ставрополье суд поставил точку в громком деле об изнасиловании 15-летней девочки. 43-летний педофил получил 9 лет колонии. Хотя должно это было произойти еще 23 года назад, когда он изнасиловал другого ребенка. Но, оставшись безнаказанным, он совершил новое насилие в 2023 году.
«Парень-то какой!»
Все произошло в феврале 2023 года. 15-летняя на тот момент Ира (имя потерпевшей изменено) под предлогом помощи с ремонтом оказалась в доме 41-летнего Бориса Д. в хуторе Новая Пролетарка под Пятигорском. Мама Алена отпустила ее к взрослому мужчине с ночевкой, так как доверяла ему. Он был другом семьи, ранее помогал с ремонтом в ее квартире в Кисловодске. Иришку он знал с ее 11 лет, носил ее на плечах, баловал шоколадками, вел себя с ней как старший брат. Мама не видела в поведении мужчины ни нотки распутства, и в свою сторону тоже.

Оба работали в частном театре в Кисловодске, где у Бориса была вполне крепкая репутация – весельчак, балагур, дамский угодник, всегда на подхвате, если нужно помочь, донести, срочно сделать. У одной сотрудницы крестил внука, с другой вместе ходил обедать. В конце концов, он единственный мужчина из труппы, кто на свои деньги покупал всем женщинам цветы на 8 марта. Маленький коллектив считался одной большой семьей, где дети – общие любимцы, а проблемы друг друга – свои проблемы.
Борис тоже просил иногда. Так, в одной семье ему стирали и штопали вещи, в другой он был частым гостем, пил, ел, стал практически как родной. Еще у одной женщины попросил машину и два месяца катался на ней, пока его была в ремонте.
В театре никто не удивлялся, что он приводил туда каких-то молоденьких девушек. Мама у Бориса руководила молодежной театральной студией, и им было интересно, как все устроено в настоящем театре. Девочки смотрели на него влюбленными глазами, а женщины постарше вздыхали: парень-то какой!
У Алены с Ириной он тоже был частым гостем и ему даже дали ключ от их квартиры, он иногда оставался ночевать. Пару раз Иришка (он называл ее мелкой) помогала ему с ремонтом, он давал ей, то 500, то 1000 рублей. Поэтому когда Боря предложил девочке подработку – помочь поклеить обои в его доме, Алена без всякой мысли ее отпустила.
«У меня просто повода не было плохо думать об этом человеке», – вспоминает она.

Театр абсурда
Все изменилось в один момент, когда Ира рассказала маме, что в тот день в феврале на хуторе Новая Пролетарка Борис приставал к ней и заставил делать, мягко говоря, неприятные вещи. Произошло это около полугода назад. Алена тогда весь вечер выпытывала у дочки подробности, а потом всю ночь не спала. Раньше она иногда спрашивала ее, не пристает ли Борис? И всегда слышала в ответ: нет. А оказалось, приставал, и даже более...
Алена вспомнила, что в последние полгода дочь замкнулась, стала одеваться в какие-то балахоны. А еще как-то резко перестала приходить к ней в театр. Только ночью она связала все это воедино и поняла: ей не хотелось выглядеть как девочка, противно было видеть насильника. Ее дочь все это время не знала, как себя вести: Борис внушил ей, что «мы же друзья» и «неужели ты не хочешь в ответ сделать мне приятное?». Подросток думала, что она делала что-то не так и мучилась чувством вины.
Алена ни секунды не сомневалась в словах дочери. Но что делать, не знала. На следующий день поделилась с подругой в театре, потом с другой. А через пару дней пошла с заявлением в следком. Все это время она видела Бориса в театре, веселого, общительного. Хотелось только одного: прибить или оторвать кое-что.
Зашла к руководителю театра, чтобы предупредить, что вытворяет ее сотрудник. Но та наоборот, разозлилась на Алену и приказала ей писать заявление об уходе. Формулировка была более чем странной: нужно было сначала рассказать ей, она бы по-тихому разобралась.
Так Алена осталась без работы и со странным шлейфом: некоторые ее бывшие коллеги за спиной стали клеймить ее, а дочку называть распутной. Уже на суде из уст директора даже прозвучали слова: «Я всегда знала, что эта девочка что-то подобное вытворит».

Покрывали педофила, гнобили девочку
После допроса в следкоме Бориса отпустили под подписку. Это был май 2024 года. Он тогда просто сказал, что ничего не было.
Чтобы человек не оказался под стражей на время расследования по статье об особо тяжком преступлении да еще с таким криминальным шлейфом... Адвокат семьи потерпевших Виталий Зубенко удивился тогда в первый раз.
А потом удивлялся снова и снова. Предположительно Борис мог знать фабулу дела и планомерно уничтожал как раз те улики, которые упоминала девочка. Подозреваемых именно поэтому помещают под стражу – чтобы, в том числе, не было возможности скрыть следы преступления. Но Борис все время следствия был на свободе и знал что делать.
Ну, например, после факта орального насилия потерпевшая в раковину сплюнула генетический материал насильника – раковина исчезла. Девочка сказала, что всю ночь сидела, сжавшись, на краю дивана – диван полетел на свалку, а взамен подозреваемый притащил узкую кровать, которую показывал следователям со словами: да здесь даже я один не помещусь.
«Когда устроили следственный эксперимент, девочка по памяти показывала в его доме, что и где стояло. А этого уже и в помине не было. Эти все мелочи, конечно, дезориентировали суд», – говорит Виталий Зубенко.
Изначально следователи скептически отнеслись и к словам потерпевшей о том, что Борис угрожал ей. Он без спроса зашел к ней в ванну разделся и начал намыливать Иру, говоря: «Вот я о тебе забочусь, ты должна ценить это». А когда она стала сопротивляться, сказал, что тут скользко, она «может упасть и разбить голову».
В прениях на суде по этому поводу на девочку вылили просто ушат грязи: она же в любой момент могла убежать, выпрыгнуть в окно, позвонить маме.

Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП
«Они находились одни в отдаленном населенном пункте, у нее не было реальной возможности скрыться или позвать на помощь. Она даже не представляла, где точно находится относительно своего дома. И рядом взрослый напористый мужчина, который, как была уверена девочка, готов ее изнасиловать, если она сделает что-то не так», – парирует адвокат.
Именно по его настоянию в суд вызвали психолога, которая работала с девочкой и рассказала, что это поведение жертвы, когда она испытывает одновременно и страх, и стыд, и оторопь. Она доверяла ему как другу семьи, поэтому чувствовала себя виноватой, когда он в ответ захотел чего-то от нее.
Артист-рецидивист
В мае 2026 года дело дошло до суда. Рассматривалось оно в Предгорненском райсуде. И в процессе, кстати, некоторые сотрудники театра говорили, что Борис мог такое сделать. Он всегда любил юных девочек. В театре про него даже ходила шутка, что «девушки, закончившие ясли, для него уже старые».
Но некоторые же выступили за Бориса. Руководство театра тоже постаралось охарактеризовать его исключительно положительным героем. А отрицательными - семью пострадавших.
«Травля была такая, что им пришлось уехать из Кисловодска, – рассказал Виталий Зубенко. – Хотя клейма ставить негде именно на этом человеке».
У Бориса несколько судимостей: два раза за кражу, один раз – за аварию, в которой пострадал человек, два раза – за грабеж, один раз – за причинение тяжкого вреда здоровью, и еще один – за средний вред здоровью. Последний раз он был осужден в 2019 году.
И есть еще один эпизод, он очень странный. В 2003 году Борис изнасиловал несовершеннолетнюю девочку, но почему-то все было спущено на тормозах. Это был самый первый из известных эпизод в его криминальной карьере. Борису было от силы 20 лет. По материалам уголовного дела, встретил знакомую, с которой их семьи побывали на одной экскурсии. Разговорились, он купил пиво, напоил девочку и отвез в гостиницу. Там надругался.
Мама девочки на следующий день отвела ее на медэкспертизу. Было возбуждено уголовное дело. Вот только Бориса тогда не нашли, он скрылся. И как-то странно искали его еще много лет, хотя он в эти годы семь раз побывал под следствием за грабежи, разбои, аварию. Сроки были небольшие, по 3,5 или 4,5 лет. Где-то вышел по УДО. А в промежутках между отсидками в 2007 году еще и сменил фамилию.
Лишь в 2021 году на одной из проверок он признался, что да, изнасилование было. Потерпевшей девушке на тот момент было уже 33 года. Она пришла давать показания, узнала насильника, но довести до суда уже не представлялось возможным – срок давности преступления вышел.

Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП
Если бы тогда, в 2003 году, его задержали и судили, он не натворил бы столько бед в будущем. Не было бы ни грабежей, ни разбоев, ни нового изнасилования в 2024-м, ни этих «чудес» при расследовании.
«Он всю молодость промотался по тюрьмам. Было ли в истории России, что человек с таким криминальным прошлым, обвиняемый в совершении преступления по особо тяжкой статье, и не был заключен под стражу? Ну это такой гуманизм, запредельный», – вспоминает Виталий Зубенко момент, когда сразу же после возбуждения дела Бориса отпустили.
Так или иначе, а в декабре 2025 он снова вышел сухим из воды. Предгорный районный суд Ставропольского края приговорил его к двум годам лишения свободы, но из-за переквалификации статьи его сразу же освободили от ответственности – срок давности по ней вышел. Суд посчитал доказанным факт растления, но насилия и угроз насилия не установил. То есть, прожженный 41-летний рецидивист зашел в душ к 15-летней девочке и ласково сказал ей на ухо, что она «может упасть и разбить голову». И раз она не убежала в окно, значит, угрозы не было.
Тысячу дней на правду
Мама Алены тогда просто удивилась: что за антисвятой охраняет его! Имея в биографии столько криминального прошлого, и не имея никакого культурного образования, он спокойно устраивается в театр, становится кумиром маленьких девочек, делает с ними что хочет...
Сразу же после приговора она решила подавать апелляцию, прокурор района также обратился с апелляцией. Приговор был отменен, дело направили на новое рассмотрение.
«Никаких материальных исков потерпевшие изначально не заявляли, – рассказал адвокат. – Это ответ тем, кто осуждал и клеветал на девочку и ее маму».
На днях Предгорный райсуд пересмотрел это дело и вынес новый приговор – 9 лет колонии строгого режима. Краевой суд указал, на что обратить внимание, и, по сути, Предгорный суд учел это и провел работу над ошибками. Насилие все-таки было.
Борис был взят под стражу прямо в зале суда – впервые по этому делу. Он до последнего отрицал, что провел ту ночь в одном доме с девочкой, хотя биллинг подтвердил, что их телефоны находились рядом. То есть опровергал очевидные факты, не раскаялся, не попросил прощения.
«Я специально посчитал, у нас ушла без малого тысяча дней с момента, как я включился в это дело и до момента приговора, – вспоминает Виталий Зубенко. – Тысяча! Все это время преступник жил, работал, строил планы, как будто ничего не произошло».
Приговор семья потерпевших все равно считает слишком мягким и будет подавать жалобу.
*– имена изменены, – Прим.ред.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Девушки, закончившие ясли, для него старые»: Актера обвиняют в развращении несовершеннолетней дочери коллеги
Актера из Кисловодска Бориса Дрижда обвинили в педофилии (подробнее)