Северный Кавказ

Михаил Юрьев: Нам с США тесно на одной планете

Обсуждаем главные темы с Ильей Савельевым и Михаилом Юрьевым в эфире Радио "Комсомольская правда"
Главное аналитическое шоу страны

Главное аналитическое шоу страны

Савельев:

- Сегодня мы с Михаилом Зиновьевичем Юрьевым вдвоем… Начнем мы с наших заокеанских партнеров, с отношений с ними, про визит Болтона поговорим, про договор по ракетам и про газ в Европе. Предлагаю поговорить о визите Болтона. Джон Болтон приезжал в Москву, путешествовал по Москве, метался между Патрушевым, Лавровым, Путиным… потом возложил цветы к могиле Неизвестного солдата и к могиле Бориса Немцова.

Юрьев:

- Ну, это понятно.

Савельев:

- Как он не треснул от контраста просто…

Юрьев:

- Нет, как раз наоборот. Тут надо понимать, он демонстрирует отсутствие политических предпочтений. Это совершенно понятная логика. Мы типа своим возложением не пытаемся продемонстрировать свое единство с какой-то из ваших сторон во внутриполитической дискуссии. Другое дело, что у нас, в отличии от них, никакой внутриполитической дискуссии нет значимой, но им трудно это представить, они-то с утра до вечера в ней варятся, поэтому не будем их судить строго.

Савельев:

- На самом деле, это была иллюстрация их и внутриполитических, и внешнеполитических метаний. Потому что они работают, конечно, на противоходе. Они сначала Россию ругают, а потом сами едут сюда, для того, чтобы обсуждать. В данном случае Джон Болтон приезжал обсуждать, насколько я понимаю, разрыв договора РСМД. Как нам к этому относиться, к разрыву этого договора? Насколько это критично и приближает ли это нас к третьей мировой?

Юрьев:

- Хороший вопрос. Учитывая, что это не один вопрос, а два разных. Приближает ли к третьей мировой? И насколько критично? Забегая вперед, скажу, что моя позиция заключается в том, что, конечно, приближает. Только мы к ней и так приближаемся, о чем я говорю последние 10 лет. Она и так неминуема, в том или ином виде…

Савельев:

- Почему?

Юрьев:

- Потому что нам тесно с западом, с Америкой, на одной планете. Америка стала такой, что нам с ними тесно на одной планете. Мы сделали все для того, чтобы как-то к этому приспособиться. А именно, в отличие от времен СССР, убрали идеологическое противостояние – его просто нет. Потому что у нас нет идеологии. И самое смешное, что у нынешней Америки, в отличие от пять лет назад, уже тоже нет идеологии.

Савельев:

- Да, Трамп отвергнул концепцию глобализации.

Юрьев:

- Конечно. Тем не менее, таковы, каковы они сейчас, мы с ними сосуществовать не сможем. Значит, пусть победит сильный и Господь рассудит. Так всегда было в истории и никак по-другому не бывает. Поэтому да, приближает, но приближает к тому, от чего и так не убежишь.

Савельев:

- Тогда вернемся к частностям. К визиту Болтона.

Юрьев:

- Хорошо для нас это или плохо? Тоже сложный вопрос. Дело в том, что изначально договор о ракетах средней дальности – ну, будем так говорить, когда он подписывался, нация была совсем деморализована, а уже начиная с середины 90-х, когда начало хоть как-то возрождаться какое-то патриотическое отношение, я как раз в это время в Думе работал, конечно, он уже вызывал двойственные чувства. С одной стороны, безусловно, нам это было выгодно. Потому что мы лишались таким образом угрозы непосредственно по нашей территории от ракет американских, которые были расположены тогда в Европе. А американцы на самом деле ничего не лишались – наши ракеты средней дальности их достать все равно не могли. Это география просто. Ну, могли, если бы они стояли в Кубе, но они там не стояли. Поэтому это был плюс, казалось бы, в пользу тех, кто принимал это решение. Заметьте, я сейчас говорю с объективно военной точки зрения, а не с эмоциональной. С эмоциональной, конечно, это был прогиб Горбачева, конечно, это было капитулянтство с нашей стороны. Смешно даже с этим спорить… Но даже если б от этого абстрагироваться, все равно вот с этой точки зрения нам было выгодно. Но есть другая точка зрения. Ракеты средней дальности по сравнению с межконтинентальными, драматически дешевле. То есть, не в два, а в десятки раз дешевле и технологичнее. Они и для американцев в равной степени дешевле и технологичней, но понятно, что, если ты отказываешься от дешевого вида оружия, а дорогое сохраняешь, то понятно, что это, конечно, выгоднее более богатому партнеру и менее выгодно тому, у кого экономика не в самой лучшей форме. В этом смысле, поскольку теперь-то у нас эта концепция взята на совершенно официальное вооружение, в том смысле, что мы выбираем в своей военно-технической политике помимо всех прочих соображений решение еще из соображений максимальной дешевизны. И эти вгоняем американцев просто… даже не знаю, как это прилично сказать, потому что они-то понимают, насколько это опасно для них. Соответственно, если вернуться к нынешнему моменту, я скажу так. Я не вижу никакого армагедона для нас в том, что этого договора больше не будет. Не вижу. Я скажу, что это открывает для нас очень интересные проблемы, но и возможности в нашей политике, направленной в отношении Европы. То есть, с точки зрения отрыва и раскола старой Европы с Америкой, это мощнейшее оружие.

Савельев:

- Итак, продолжаем. Михаил Зиновьевич, вы закончили на очень интересном повороте, что этот договор приближает раскол старой Европы и Америки. Что вы имели в виду?

Юрьев:

- Сейчас скажу. Но перед тем, как сказать, хочу прокомментировать одно сообщение, которое тут пришло, где автор пишет с такой усмешкой – ну да, мол, Юрьев так легко рассуждает про ядерную войну, конечно, это совсем не больно и т.д. Друзья, я рассуждаю не в том смысле, что мне это нравится. Я говорю просто о том, что, если что-то объективно неизбежно, то от того, что больно оно или не больно, нормальные люди, а тем более правители, не имеют никакого морального права делать вид, что этого не будет. Знаете, Великая Отечественная война хоть была и не ядерной, была удивительно болезненной для нашего государства. Ну, можно было, конечно, как страусы, сунуть голову в песок в 1940 году и сказать – а у нас пакт о ненападении, готовиться не будем, на хрен нам это нужно… Друзья, ну, слава богу, что это не так с нашим нынешним руководством. Поэтому давайте подходить к этому именно так. Мы говорим не о том, чего мы хотим, мы говорим о том, что с высокой вероятностью, на наш взгляд, если я прав, будет. Если оно будет, ну, что – хоть больно, хоть не больно.

Савельев:

- Конечно. Кстати, это тот случай, когда хотелось бы, чтобы вы были неправы.

Юрьев:

- Безусловно. Но не забывайте, что даже ядерная война далеко не всегда происходит и будет происходить в форме прямого обмена так сказать успешными проникающими ударами. Она может происходит и в форме победы одной из сторон в гонке вооружений. Да, в предыдущей гонке вооружений никто не победил, шли ноздря в ноздрю, и это и привело к началу эпохи договоров вот этих. Но бывает и по-другому. Например, на сегодняшний день по очень многим важным системам у американцев нет с нами паритета. Да, этот отрыв недостаточен, чтобы предъявить им ультиматум на сегодняшний день, но давайте про завтра – даже я не хочу сказать не то чтобы надеяться, а приближать его. Потому что, если одна из сторон выскочит вперед, хоть в создании меча более совершенного, хоть щита, то она и выиграла. Без единого удара. Это тоже вы должны понимать.

Савельев:

- Это рассуждение влечет за собой следующее. То есть, ты, допустим, изобрел щит – что ты будешь делать дальше? Потому что, если ты ничего не делаешь, через пять лет твой противник тебя догонит.

Юрьев:

- Это правильно. Но только когда ты живешь не в эпохе договоров, которая формально называется эпоха стратегического партнерства, а когда ты живешь в эпоху гонки вооружений, то, если ты вырвался вперед критически, то вопроса что делать у тебя обычно не возникает. Давайте так. Извините за такое, может быть, вполне приличное, но грубоватое выражение, ну, уж яйца-то у нашего руководства точно есть. Поэтому я хочу сказать, что… помните, как кто-то из наших сатириков говорил, что водка не только вредна, но и полезна. Так и гонка вооружений. Она, конечно, с одной стороны вредна тем, что это лишняя нагрузка на экономику обоих сторон, непродуктивная по большому счету. С другой стороны, когда она есть, то у тебя есть шансы в ней выиграть, а когда ее нет, ты не можешь в ней выиграть.

Савельев:

- А давайте возьмем телефонный звонок. Нам Денис из Саратова дозвонился.

Денис:

- Здравствуйте. Вот такая у меня версия. А что, если вся ситуация с выходом США из ПРО – это как бы для внутреннего пользования США? Грубо говоря, прислали Болтона объяснить, что, ребята, нам так надо, чтобы вот наши противники, которые истэблишмент… ну, как бы вот нам надо замазать им глаза, что мы вроде против вас чего-то там делаем, а так мы будем с вами, ребята, жить, как и жили, ничего страшного. Поэтому вот и прислали Болтона, чтобы он все это разъяснил.

Юрьев:

- Понятно. Ну, сама по себе эта версия совершенно не абсурдная и, более того, ее элементы, безусловно, имеют место. В Америке сейчас каждый пук происходит только исключительно с учетом вот этих внутриполитических их раскладов. Тем не менее, во-первых, достаточно посмотреть на персоналии – Болтон всегда был противником системы договоров, вот этих, по ограничению вооружений. Трамп тоже высказывался на эту тему. Понимаете, сама концепция этих договоров из другого времени. Это примерно, как если б мы сейчас начали всерьез пользоваться каким-нибудь договором международным времен Лиги наций там начала ХХ века. Они тоже были. И не абсурдные для того времени… Поэтому я думаю, реально, что нет, они действительно из всего этого хотят выйти, в первую очередь, их волнует не Россия, а Китай – это надо тоже понимать и они это не очень скрывают. Дело в том, что у Китая почти весь арсенал - это ракеты средней дальности. И наоборот, они в идеале хотят, чтобы мы не устраивали большой скандал на эту тему, которого мы и не собираемся на самом деле устраивать. Потому что, а чего устраивать-то? Еще раз говорю – это просто переход в новую эпоху. Причем, переход в большой степени объективный. Вы еще смотрите, на момент Горбачева мы были отстающей страной. Да, страной, которая перед этим достигла невиданно многого, но на тот момент мы были отстающей, причем, отстающей в том смысле, что она все больше отставала, стараниями в большой степени того же самого Горбачева. Но это уже другая история. А сейчас в области именно вооружений – ну, злейший враг в Америке не назовет Россию отстающей страной, уж, скорее, наоборот. Поэтому а надо ли нам это?

Теперь возвращаюсь к Европе. Напоминаю тем, что это не помнит, что, когда американцы разместили в Европе ракеты средней дальности, нам удалось, причем, не такими уж большими силами, вызвать в западной Европе такой подъем антивоенного и антиамериканского движения, на демонстрации выходили по несколько миллионов человек… это я сразу говорю, чтобы не говорили про агентов Кремля, потому что набрать столько агентов Кремля просто денег не хватит.

Савельев:

- За счет чего?

Юрьев:

- За счет того, что страшно. Своя попа, она, знаешь, ближе. И когда на тебя нацелены русские ракеты, как-то хочется пожить бы еще… Тем более, что тогда эта истерика нагнеталась, тогда ядерной войны все реально боялись. Есть все основания считать, что в старой Европе, союз с Америкой который и так , не скажу, что висит на волоске, но очень сильно пошатнулся, в первую очередь, потому что сама Америка делает все, чтобы их оттолкнуть… Короче, давайте так скажу. В этой новой реальности я совершенно не уверен, что Макрон, а не Марин Ле Пен победит на следующих выборах во Франции.

Савельев:

- Почему-то вы сказали сейчас слово Макрон и мне смешно стало. Он звучит как-то комично уже.

Юрьев:

- Давайте так. «Макрон» в кавычках. Будем считать, что Макрон это не фамилия, а тип человека. В этом смысле в Германии практически уже…

Савельев:

- …Меркель на волоске.

Юрьев:

- Нет, она не на волоске, она… помните, у нас такая была замечательная пьеса – «Живой труп» - вот это про Меркель. Она как бы с одной стороны есть, но с другой стороны ее уже нет и все это понимают, я думаю, включая ее саму. И на этом фоне вот эта новая реальность дает нам такие внешнеполитические возможности, которые и не снились.

Савельев:

- Мы говорим по поводу того, что Европа откалывается от США и это дает нам большие внешнеполитические возможности…

Юрьев:

- Пока не откалывается. Но это всегда было глобальной стратегической целью советской, потом российской, политики. И это, конечно, очень приближает. И я думаю, что мы этим воспользуемся. Другое дело, что все было бы хорошо, но, увы, сейчас, в отличие от того времени, Европа это не только Франция и Германия. Как говорится, кролик это не только ценный мех. Это еще и такие страны типа Румынии, Польши, Прибалтики и даже, простите за выражение, Украины. Но опять же, давайте попробуем взглянуть чуть глубже поверхности. Шойгу говорит и, по-моему, президент это тоже сказал Болтону, что размещение на Украине для нас неприемлемо, мы будем любыми силами и средствами этому препятствовать. И нас вроде услышали. Но только вы поймите один момент. Дело в том, что ментальность военно-политических элит России и Америки абсолютно одинакова. В этих двух странах мир воспринимается так – в мире есть одна страна, которая является для нас противником, других нет. Для нас это США, для США это мы.

Савельев:

- Ну и немножко Китай.

Юрьев:

- Нет. В военном смысле нет. Поэтому из этого следует, что на сегодняшний день ни при каких обстоятельствах американские военные политики не пойдут на нападение любым способом на военную конфронтацию с Россией. Ни при каких условиях. А наши так же никогда первые не пойдут на Америку. Это вшито. А это значит, что, если американцы уже разместят ракеты на Украине, то никаких сил и средств у нас не останется, потому что тогда надо атаковать первыми, а мы это делать… это ж уже будет Америка, а не Украина, - не будем. Но из этого следует ведь ровно обратно. Что, если Украина вдруг – давайте не секундочку представим – в течение двух недель станет наша, то и американцы, что бы они ни говорили, ни при каких условиях не будут первыми атаковать.

Савельев:

- И как бы фантастически ни звучал этот сценарий, но Крым же мы видели… базы НАТО…

Юрьев:

- Да какой фантастический. Я думаю, что разрыв договора автоматически запустил соответствующее военное планирование у нас и, я думаю, что на сегодняшний день дни суверенной Украины сочтены – мы об этом еще поговорим – и, если все пойдет так, как я предсказываю, тогда надо будет снять шляпу – реально – перед нашим лидером, за то, что он не поддался на соблазн, который мы все советовали ему. Как бы забрать восток, пусть даже восток и юг, так сказать, и наплевать на всю остальную часть, а что надо подождать момента, когда забирать надо все. Тогда станет понятно, что человек предвидел, видимо.

Савельев:

- Что он все-таки шахматист.

Юрьев:

- Видимо, так.

Савельев:

- Нам дозвонился Александр из Владимирской области. Здравствуйте.

Александр:

- Здравствуйте. Я бы вам хотел предложить одну из версий… В свое время, когда США со своими базами заходили в Европу – то есть, это ж практически некие троянские кони, которые в случае, если Европа в конечном итоге с цепи срывается, она уже не такая послушная, как сейчас, потому что немногие страны в НАТО свои бюджеты выделяют средства, то тем самым Америка начинает диктовать уже фактически Европе свои условия. Что мы в любой момент можем на Россию отправить ракеты, но ответно все полетит в Европу и тем самым Европа фактически обречена стоять на коленях перед Штатами.

Юрьев:

- Я вас понимаю. Но, смотрите, во-первых, старая Европа в чем-то сейчас более послушная, чем в 70-е годы, а в чем-то менее. Вот если бы вы это говорили 10 лет назад, с вами следовало бы безоговорочно согласиться. А сейчас уже не так. Стараниями самого Трампа Европа доведена почти до точки разрыва с Америкой. Посмотрите на Германию – ни одна системная партия, которая поддерживает атлантическую солидарность, похоже, на выборах не наберет просто ничего. И это не мои прогнозы, а прогнозы самих немцев. Но самое главное, что в такой трактовке является, как бы о чем вы забываете, это следующее. Америка может Европе говорить, что вот мы сейчас атакуем Россию ракетами средней дальности с вашей территории, она в ответ на вас даст залп, а по Америке, конечно, нет. Ну, не смешите – по Америке-то само собой даст. Это-то никто не отменял. Поэтому это такая игра – я вам нагажу, правда, мне тоже при этом кранты, но…

Савельев:

- Вот нам вопрос пришел. Дмитрий Глушков спрашивает: «А Куба для наших ракет закрыта?» Вопрос даже не про Кубу, а про дружественные страны в регионе. Мы вообще имеем какое-то влияние там?

Юрьев:

- Вопрос о том, реально ли нам договориться с Кубой о размещении наших ракет, я просто не знаю, в каком это сейчас состоянии. Я знаю, что это для нас не очень принципиально. Не забывайте, во времена Горбачева одним из очень важных факторов, если не решающих, военно-стратегических, при заключении этих договоров было то, что у американцев были ракеты средней дальности морского базирования, а у нас не было. Поэтому американцы их и вынудили исключить из договора, на них нет ограничений. Потому что, когда у тебя есть морского базирования, то корабли имеют тенденцию появляться там, где нужно. А сейчас-то мы не то что это знаем, мы просто видели по телевизору… И в этом смысле, может быть, и Куба будет использована, другое дело, что, когда мы говорим про союзников в тех регионах, надо понимать, что там есть такие союзники, которых лучше врагов иметь, чем таких союзников. Например, Венесуэла. Венесуэла ж для нас плоха не идеологией своей – что нам до ее идеологии? А в том, что степень ее предсказуемости – то есть, наркоман Вася из подворотни гораздо более предсказуемый человек, чем венесуэльское правительство. Да и никто не знает, какое там будет правительство через неделю. Ну, как с ними договариваться о таких вещах?

Савельев:

- Ну да. Уровень планирования у наркомана Васи чуть выше. Давайте возьмем еще один телефонный звонок. Сергей из Волгограда. Здравствуйте.

Сергей:

- Здравствуйте. У меня вопрос на тему вообще выгодности ядерного конфликта вооруженного между Европой ли и Россией, между Штатами и Россией. Это что же получается, они наносят по нам удар, ликвидируют инфраструктуру, едут сами добывать сибирские нефть и газ, что ли? Зачем им это надо? Им проще красить бумагу и за нее с успехом получать все, что им необходимо. Поэтому, мне кажется, что такими военными обострениями они дают лишь повод нашей власти и правительству оттягивать из своего внутреннего бюджета средства на вооружение, например. Конечно, фактор как бы соблазна ядерного конфликта имеется, но эта выгода стоит на самом последнем месте. А первейшее – это, конечно же, ослаблять экономику, ослаблять демографию в России и являться выгодополучателями от колониального устройства России.

Савельев:

- Достаточно распространенная точка зрения.

Юрьев:

- Да, достаточно распространенная. В основе всей такой концепции лежит одна распространенная ошибка. Что войны ведутся за ресурсы. Это не глупость. В истории человечества совсем еще недавно был достаточно продолжительный период, когда войны велись в основном за ресурсы. Но в современном мире ресурсы никого не волнуют. Тот, кто в этом сомневается, ну, сравните экономику, уровень жизни Саудовской Аравии и Японии. В одной большая часть нефти мира, в другой никаких ресурсов нет вообще. И что? Дело в том, что для большой страны типа Америки, типа даже России, у которой экономика меньше, вся наша нефтяная и газовая промышленность представляет небольшую долю ВВП. Заметьте, небольшую это при нашем убогом состоянии экономики, вредительском, я бы сказал. Если экономика пойдет вверх, то будет еще меньше, потому что добыча нефти и газа вряд ли увеличится, она и так динамично растет. Американцы добывают уже сегодня по добыче нефти, просто в тоннах, на первом месте в мире. Правда, обгоняют нас и Саудовскую Аравию буквально на чуть-чуть, тем не менее, они на первом месте в мире. Правда, им этого не хватает даже для себя, они еще импортируют, тем не менее, так. Чисто по нефти. Без газа. Тем не менее, это в их ВВП составляет весьма небольшую часть. Поэтому, если американцы когда-нибудь на нас нападут, то уж ради чего угодно, но только не ради освоения и захвата ресурсов Сибири, а только ради власти над миром. Ведь бумагу резаную можно всовывать только пока ее берут. А Россия и Китай своими действиями все больше и больше приближают мир к тому, что ее перестанут брать довольно скоро.

Савельев:

- Представитель госдепартамента США Хизер Науэрт поприветствовала во вторник решение канцлера Германии Ангелы Меркель принять участие в финансировании проекта терминала СПГ в Северной Германии. То есть, Европа в какой-то степени согласилась на принятие сжиженного газа из США. Также и туркменский газ – там переговоры идут по поводу него, и азербайджанский – до Турции уже вроде как коридор открыли, из Турции в Италию тоже коридор будет открыт. Правильно ли я понимаю, что они ищут альтернативу Газпрому? Европа.

Юрьев:

- Начнем с конца. Конечно, ищут. Чем больше у тебя разных поставщиков, тем, с точки зрения рынка, тебе удобнее, ты можешь разводить их… ну, покупателю это всегда выгодно. Поэтому любой покупатель, даже в отсутствие политических соображений, к этому стремится. Другой вопрос, какие перспективы этого. Поймите простую ситуацию. Что Газпром не просто поставляет газ в Европу. Газпром поставляет очень много. 160 кубометров в год и это продолжает расти. Представить себе, что европейцы найдут и построят инфраструктуру, альтернативную, для того, чтобы где-то в других местах взять аж 30 млрд…. я могу себе представить, хотя это очень тяжело. Например, Азербайджан это 10. У них нет больше… Часто говорят – такова мощность трубопровода. Но это не значит, что его можно сделать больше. Сделаешь больше, его нечем будет заполнить. У них на самом месторождении больше не взять. Туркменский газ. Пока Туркмения в этом году недовыполнила контракт с Китаем, неоднократно прерывая поставки и платя за это штрафы. Не потому, что что-то там загорелось или сломалось, а потому, что есть проблемы с ресурсной базой. Представить же себе, что европейцы найдут альтернативу на все 160 или на 80 из них, смешно. Его просто в мире на данный момент столько нет. Кстати, пока европейцы ищут рыночную альтернативу газпромовскому газу, Газпром в это же время ищет альтернативу покупателям из Европы в Азии и в общем в этом тоже преуспевает. Это нормальный рыночный процесс.

Теперь по поводу американского газа. Говорил много раз, почему-то не хотят меня наши слушатели слушать. Когда спрашивают, может ли американский сланцевый газ конкурировать по цене с газпромовским, вопрос некорректен. Вы сами для себя должны понять – вы о чем спрашиваете? По себестоимости или по продажной цене? По себестоимости, конечно, не может конкурировать с газпромовским, и это смешно просто обсуждать. Но Газпром-то продает в Европу не по себестоимости, как вы догадываетесь. Газпром продает в Европу по вполне определенной цене для всех более-менее одинаковой – ну, не сама цена одинаковая, формула одинаковая, – которая привязана к корзине нефтепродуктов. То есть, есть цена нефтепродуктов и нефти, они формируются на бирже и поэтому их формирование носит вроде как объективный характер, к этому рыночному индикатору привязывается и определенная цена. То есть, это очень важно. Цена газпромовская газа – не себестоимость, а реальная продажная цена в Европе – она зависит от цены нефти. Американский газ тоже привязан к индикатору. Но к другому. К биржевой цене газа в самой Америке. Но дело в том, что, поскольку на американской – это известно из опыта – бирже цена газа совсем никак не связана с ценой нефти, то есть, если высокая цена нефти, это не значит, что цена на газ тоже идет вверх, зачастую она в это время идет вниз, то поэтому может ли быть американский газ дороже/дешевле газпромовского по продажной цене, зависит от того, какая цена нефти. И при высокой цене на нефть, как вот сейчас говорят, что может быть и сто в будущем году, он, я вам скажу, таки будет дешевле. Он реально будет дешевле. Другое дело, что Газпром в любой момент может сказать – это же спекулятивная надбавка – он может сказать: мы продаем с 30-процентной скидкой, и опять станет сильно дешевле газпромовской. Но американцы так не могут. Они продают с разумной маржой. Тем не менее, чисто формально, конечно, может быть дешевле. И если добыча сланцевой нефти в Америке в больших масштабах это вопрос такой – то ли дождик, то ли снег, то ли будет, то ли нет – то со сланцевым газом этой проблемы нет, его американцы могут добыть столько, сколько нужно. Поэтому при дешевой нефти он, конечно, сильно дороже и не конкурентоспособней, чем газпромовский. Плюс к тому, американские экспортеры вообще не хотят продавать газ в Европу. Все, что Газпрому не нравится в Европе, включая безумный стокгольмский арбитраж и т.д., почему вы думаете, что все это нравится американским экспортерам? Им это также не нравится. Они все тоже хотят продавать в Китай, в Японию, в Корею, где и цена выше, и бизнесатмосфера лучше, и вообще все лучше и удобнее. Кроме того, та сумма, которую озвучила с точки зрения инвестиций в инфраструктуру приемную Меркель, она по меркам импорта газа в Европу является чисто символической. Причем, она не имеет никакого значения, потому что приемные терминалы это самая выгодная часть из всей логистической цепочки импорта газа, на них деньги находятся всегда. Поэтому это просто слова, которые говорит уходящий политик, который пытается не уйти, но все равно вынужден будет уйти.

Савельев:

- Нам дозвонился Александр из Москвы. Здравствуйте.

Александр:

- Здравствуйте. Коротенько по РСМД хотел спросить. Там есть такой очень чувствительный момент. Ракета же имеет малое подлетное время до цели и высокую точность попадания. А нацелены они, прежде всего, на обезглавливание противника, уничтожение его политической, военной элиты. Ну, как бы в расчете избежать ответного удара и таким образом выиграть… или в локальном конфликте, или в глобальном. На данный момент для нас ситуация усугубляется развертыванием ПРО в восточной Европе, в Румынии там чего-то они в шахты загружают, и разработкой гиперзвука… Вот не будет ли это некий повод для шизофрении элит?

Юрьев:

- Не может, Александр. По одной простой причине. Все, что вы сказали, правда. Только пока они начали разрабатывать гиперзвук, мы его давно разработали, и просто видели на парадах, и поставили на вооружение. Они разворачивают системы ПРО, которые вообще говоря пока никто не сказал, что они хоть как-то работают, в Польше и в Румынии. А у нас, что, система С-500 не будет разворачиваться? Поэтому давайте так. Все ваши аргументы верны, только они работают в оба направления и в какое больше, как говорится, догадайтесь сами.

Савельев:

- Вот, кстати, новость последнего часа. Владимир Путин на пресс-конференции по итогам российско-итальянских переговоров сделал заявление, которое, мне кажется, подводит черту под этой темой, хотя бы и промежуточную. Он отметил, что в случае поставки американских ракет в Европу, Россия будет вынужден ответить зеркально. То есть, вообще риторика у президента изменилась кардинально, она стала более открытой и более прямолинейной. Я за всю историю правления Путина не слышал от него слова «сдохнут».

Юрьев:

- Давайте, короче, поймем так. Новая политика Америки, безусловно, несет нам угрозы, но мы по отношению к ним совсем не беззащитны.

Савельев:

- Переходим к Украине. На днях президент России Путин подписал указ о специальных экономических мерах в связи с недружественными действиями Украины. Наконец-то мы стали замечать не только их существование, но и их недружественные действия. Вопрос: почему это началось именно сейчас? Какая концепция была бы правильной: задавить их максимально быстро и сразу или все-таки потихонечку давать намеки? И к чему это может привести? И вообще, доколе?

Юрьев:

- Давайте так. Во-первых, я еще раз скажу, что в последние несколько дней роль Украины для нас резко выросла. Теперь это место потенциального размещения ракет с малым подлетным временем. Я хочу сказать вам, что это будет все в большей и большей степени определять наше отношение к Украине. И, как вы понимаете, когда этот фактор является главным, то тут уже, конечно, уровень жесткости несколько другой, чем когда речь идет про экономику или что-нибудь еще. Соответственно, скорее, то, что подписал Путин, является демонстрацией: друзья, вам дается последний шанс опомниться. Ведь о том, что мы любыми средствами не допустим, что Шойгу об этом уведомил американцев, это ведь мы тоже не скрываем, это ж тоже мы официально опубликовали. Вы это можете прочесть. Вы в хороших отношениях с американцами, можете их спросить, они вам скажут. Поэтому я думаю, что в этом смысле это совершенно нормально. Когда говорят: почему Путин не подписал запрет поставки ТВЭЛов, что оставило сразу бы пол-Украины просто без электричества? Понимаете, а зачем? Если ты хочешь нанести максимальный ущерб нынешней России, нынешней Украине, то это будет делаться не экономическими средствами. Это будет делаться так, как в Сирии. Только с широким участием наземных войск.

Савельев:

-