Северный Кавказ

Как 2018-й год отразился на жизни страны и что ждать от 2019

Обсуждаем главные события уходящего года и даем прогноз на будущий год с Михаилом Леонтьевым, Ильей Савельевым и Михаилом Юрьевым
Главное аналитическое шоу страны

Главное аналитическое шоу страны

Савельев:

- Мы опять в эфире. Здравствуйте! Итоговая программа прошедшего года. Для нашего шоу программа стала знаковой. «Третья империя» появилась, второе издание. Огромное спасибо, кто покупает ее на сайте Главтема.РФ. Честно, заявок и покупок просто вал.

Юрьев:

- Этот год дал нам столько тем, даже сверхкрупных для обсуждения, что лишнего времени у нас не останется.

Савельев:

- Многие из этих тем были описаны еще в 2007 году. В книге.

Главное событие выбрать сложно, но есть знаковые. Первым знаковым – мы рванем на Ближний Восток. Если в начале года 3 февраля в сирийской провинции Идлиб террористы сбили самолет-штурмовик Су-25, то в конце года президент Трамп заявил о том, что он выводит войска. Вот такая динамика на Ближнем Востоке в этом году. Это многие обозначают как победу России. Как вы подведете итог этого года в Сирии?

Леонтьев:

- Я бы воспроизвел российскую официальную реакцию, которая кажется мне очень адекватной. Мы вообще не поняли, мы знаем, куда и что американцы выводят, например, они 17 лет выводят войска из Афганистана. Следующий твиттер Трампа обещал вывести войска из Афганистана. Причем, там больше конкретики, чем по Сирии. В течение ближайшего периода, чуть ли не моментально, собирается вывести половину из 14 тысяч.

Юрьев:

- Но конкретику Сирии придает тот факт, что уволены вслед за этим министр обороны. И перед увольнением, тем не менее, подписал официальную директиву о выводе. Это уже не твиттер, не слова…

Леонтьев:

- Но надо отдать должное Трампу. Он говорил про этот вывод систематически. Все считали, что собака лает, ветер носит. Но он про это говорил. А во всех аспектах своей политики, кроме российской части, которой он не управляет вообще, он доказал одно… Он может быть диким, недальновидным, примитивным, но он последовательный. Его козырь в том, что пацан сказал, пацан сделал. Хотя очень многие не верят, как касательно Афганистана, так и касательно Сирии, что американцы уйдут, оставив опорные точки и базы, которые имеют достаточно стратегическое значение. И кто их там сменит? Это тоже второй вопрос.

Что можно сказать? Российская реакция заключается в том, что мы ничего не знаем, ничего не видим. И посмотрим. И никто в ладоши не хлопает. И никаких победных реляций о том, что это есть признание абсолютное и так далее, я не слышал ничего подобного.

Савельев:

- Это слава богу.

Леонтьев:

- Нет, реакция очень, на мой взгляд, адекватная. И даже вплоть до неожиданности. Всегда есть соблазн использовать…

Юрьев:

- Но тут, кроме как правильного умения себя вести в части пиара, еще есть второе соображение. Сказать, что нам это так безоговорочно выгодно, я бы не рискнул. Это очень непростой вопрос.

Савельев:

- Почему нам не выгодно? Интересная ситуация. Курды под турков попадают.

Леонтьев:

- Хрен бы с ним, с курдами. Курды сами выбрали свою судьбу, потому что они все время ложатся под кого-то, кто их кидает. Их все кидают, но они всегда ложатся. Тяжелая судьба у народа. Но сейчас речь о другом. Очень похожее решение Трампа, практически объявление Трампом, что он выведет войска, насколько нам известно, было принято в процессе разговора с Эрдоганом.

Юрьев:

- После.

Леонтьев:

- Практически в процессе. А в более широком контексте США сейчас, Трамп, во всяком случае, ведет борьбу за вербовку Турции. За перевербовку. Все это совпало с решением продать Турции «Пэтриота», который американцы отказывались продавать в течение многих лет. И лейтмотивом, почему Эрдоган согласился или попросил купить советские системы С-400, было то, что американцы своему союзнику формальному и неформальному в течение длительного времени отказывали в ПВО.

Савельев:

- А у них с С-400 дошло до конца дело?

Леонтьев:

- Насколько я понимаю, она необратима. Эта сделка. И, скорее всего, для Эрдогана это, как раз, и есть дикая пиарная победа. Получить и «Пэтриоты», и С-400. И, таким образом, сделать всех. Насколько я понимаю, и Трампа это устраивает. Там даже начались разговоры про Гюлена, актуализация проблем выдачи.

Юрьев:

- Пока это больше в прессе. Были ли там договоренности, никакой информации официальной нет.

Леонтьев:

- Если американцы рассчитывают перевербовать Турцию окончательно, вбить клин между Россией и Турцией, там достаточно разнонаправленных интересов, но клина не было. Как-то удавалось до сих пор улаживать. Насколько я понимаю, есть у нас идея резко и серьезно осложняются, не буду говорить слово «ухудшаются» отношения с Израилем. И это видно по нашей реакции на израильские действия. Я сейчас не говорю о том, насколько эти действия достойны такой реакции, это не имеет значения в данном случае.

Восстановить ось Турция – Израиль – Саудовская Аравия…

Юрьев:

- Мне кажется, проблема наша совсем не в этом. Она заключается в том, что курды пусть лягут даже под Асада теперь, но это означает, что Асад остается против турок. Без нас он против них не тянет. А мы включаться по полной с посылкой наземных войск не хотим. Вот главное.

Савельев:

- Почему для нас это не так выгодно?

Юрьев:

- Мы же хотим, не чтобы Америка ушла. Мы хотим, чтобы Сирия осталась суверенной и независимой. Под контролем Асада с определенными ограничениями, чтобы он там не баловался. В данном случае это к данным отношениям не имеет. Не какая-то для галочки, что вот есть там куцый огрызок Сирии, который мы будем считать независимым. Мы хотим, чтобы вся практически Сирия или вся, как она была до война, это наша официальная позиция, чтобы таковой Сирия и была. Турция на это не согласна. И сейчас при уходе американцев, будет не согласна вдвойне. Потому что у нее исчез один из главных военных противников. Добром мы с Турцией об этом договориться, думаю, не сможем. Может, Владимир Владимирович проявит какие-то чудеса политической эквилибристики, но я не вижу, как. А силой, что бы под этим ни понимать, мы с Турцией не хотим решать этот вопрос. И потому, что у нас на нее планы, турецкие потоки всякие. Но самое главное, потому что Турция, конечно, не Америка, но это и не плюшевая страна. И не Украина. Да. Там будут реальные жертвы.

Леонтьев:

- Я не вижу никаких перспектив на сегодняшний момент столкновения нашего с Турцией. Скорее, виду перспективы разного торга и размена. Туркам не нужна контролируемая Турцией территория сирийского Курдистана. У них курдистанов достаточно. Вот завались. Им нужно, чтобы там не было свободно существующих плацдармов Рабочей партии Курдистана. Или ее клонов.

Юрьев:

- Это решаемая задача.

Леонтьев:

- Турков вполне могло бы устроить военный контроль Асада над этой частью, потому что Асаду они тоже не нужны.

Юрьев:

- Дело не только в Курдистане. Есть и Идлиб еще.

Леонтьев:

- Это совершенно другая история. Там проживают так называемые туркоманы…

Юрьев:

- Они на малой части.

Леонтьев:

- Много их. Думаю, Турция претендует там на ту или иную форму признанного нами контроля за территорией. И это довольно опробированная в мировой практике история, когда даже находящиеся друг с другом в достаточно противоречивых отношениях страны, сохраняя формально территориальное единство некой страны, обеспечивали квази-временные территории контроля, где они якобы отвечают за порядок и так далее.

Это вопрос компромисса и торга. Он вполне может быть.

Юрьев:

- Но это не простая ситуация.

Леонтьев:

- А простого там ничего нет. Понятно, что американский уход является жестом в сторону Турции. Огромным жестом. Потому что он просто логически территориально и хронологически коррелируется с турецкой операцией. И этот разговор, который стал прямом поводом к объявлению, которое сделал Трамп, это был разговор про эту операцию. Они это и обсуждали.

Наиболее интересным, серьезным долгосрочным является попытка вербовки Эрдогана, перевербовки его назад от нас к Америке. На что есть очень серьезные предпосылки, но, опять же, Эрдоган не дурак. Он совершенно не собирается терять козыри. Он высосет из этой ситуации все, что можно. И попытается сохранить возможность маневра.

Очевидно, ценой всей этой игры американской, в которой они видят для себя преимущество, в том числе, свободу рук, если они торчат там, они вообще не хотели в трамповской концепции, им нечего делать на Ближнем Востоке.

Юрьев:

- Особенно в Сирии.

Леонтьев:

- Они, не будучи там встроенными, не находясь в прямом и переносном смысле под огнем в зоне соприкосновения, они могут гадить. Америка себе пытается, трампийская Америка, пытается обеспечить идеальные условия гадить всем с неуязвимого расстояния. Если ты не присутствуешь где-то, то ты можешь дистанционно гадить санкциями, еще чем-то, всем, чем угодно. Потому что тебя там нет, тебя не могут поймать за задницу и зафиксировать в этом месте. Потому что тебя там нет.

Это и есть логика трамповского изоляционизма, которому он на словах, а частично и на деле никогда не изменял. Конечно, это определенные перспективы. Но если бы не вот эта медийная истерия, Трампу совершенно плевать на наши перспективы. У него не было никогда задачи ценой ущерба для Америки делать гадости России. Этой идеи не было с самого начала. Он вынужден периодически это делать. Но только потому, что от этого зависит его внутриполитическая судьба, но никак не другим способом. Идея о том, что он где-то уступит России, а Россия этим может воспользоваться, если это никак не вредит его пониманию интересов Америки. И бог бы с ним. Чего такого? Нехай подавятся.